Энергетическая механика Евгения Казнина (заметки на полях выставки)

imgB

В Самарском художественном музее 24 февраля закроется выставка работ талантливого самарского художника и поэта Евгения Казнина, на открытии  была представлена книга «Как странно быть», составленная уже после его физической смерти на основе его рабочих тетрадей. Так что ещё есть время успеть посмотреть его потрясающие картины в живую и может быть приобрести эту книгу.

Очень непросто писать об этом художнике, после выхода книги над тобой будут довлеть его тексты, которые одновременно и идентичны его картинам и являются самостоятельными художественными произведениями. Поэтому попробую предложить всего лишь личное ощущение от встречи с художником, которая состоялась, увы, после его смерти.

В творчестве Евгения не содержится открытого и явного призыва к изменению окружающего мира, в нём просто даются координаты иной реальности, которая расположена очень близко от нас. Евгений начал писать в начале 90-х. В периоды социальных катастроф психика человека ищет выход из невыносимости бытия, в том числе, она ищет его в уходе в иные миры. В Самаре такие иные миры всегда были под рукой и находились они за Волгой в Жигулях, на Самарской луке, которая сейчас становится местом коммерческого освоения, не смотря на то, что её территория имеет статус национального парка. Таким образом, новым Казниным, буде они появятся, бежать будет уже некуда…

Проблема сосуществования со страданием не нова, ещё царевич Сиддхартха учил, что «рождение есть страдание, старость есть страдание, болезни есть страдание, соединение с немилым есть страдание, разлука с милым есть страдание». Если невозможно бегство от травмирующей реальности — фрустрация неизбежна.

На теле страдающего человечества или называйте это как хотите, расцветают фантастические цветы, но иногда безответственная сентиментальность будучи не в силах противостоять страданию распадается. Иллюзия может быть выходом, облегчением страдания, победой над безысходностью. Разрушение системы норм приводит в включению механизмов, разрушающих, например, аутоагрессии. Но для Казнина иллюзия — выход, он видит его в мертвых подсолнухах, в Солнце, в трещинах и преломлениях мира, которые могут возникнуть, скажем, в маленьком деревенском дворе. Мертвые подсолнухи Ван Гога становятся порталами в иную реальность Самарской Луки, порталами, в реальность посюстороннего.

«Нет слов. Слова ничтожно малы». Слова для Казнина слишком малы, они не могут выразить гамму чувств, переживаемых художником.

Талантливый художник, которому, чтобы быть оцененным пришлось умереть. Казнин рисовал Самарскую Луку и Жигули, заметно, что он любил писать в урочище Елгуши. Любовь к заповедным местам Самарской Луки роднит Казнина с Пурыгиным, мне кстати кажется, что в манере письма Казнин цвет во многом перенял именно у Пурыгина.

Опыты Казнина — это опыты преодоления реальности в духе видений Карлоса Кастанеды. Время у Казнина предстает в виде субстанции, а не протяженности, процесса. В этом смысле его видение мира близко к теории времени астрофизика Козырева.

Свое творчество Евгений Казнин рассматривал как духовную практику, что внутренне роднит его картины со средневековой византийской и русской иконописью. Пределом его духовной практики стало утверждение о бесконечности жизни. Опыт смерти, есть опыт романтического взгляда на жизнь, но заглянувший за её край может ли увидеть, что-то кроме себя самого? Что увидел ушедший от нас в 2007 г. Евгений, мы не узнаем. Но если признать, что никакого особого состояния жизни, именуемого смертью нет, то и смерти нет. Что же в таком случае есть смерть?

Наш рассечённый на части шизофренический мир, для Казнина целостен, он нашёл в нём неизвестную родину, в которой уже нет никакого времени, а значит и момента прекращения движения жизни. Обычно для того, что выпасть из времени, необходимо переноситься в иной — потусторонний мир, Казнин обходится без этого, его вневерменная реальность посюсторонняя и пока ещё доступная.

Объекты выносятся им в иное пространство, чтобы затем вернуться в привычный и даже узнаваемый ландшафт, придавая ему новое доселе не известное качество. Погружение в работы Казнина позволяет выключиться из хаоса вожделений, вызванных наведенной на нас псевдонехваткой. У нас есть всё — посмотрите вокруг, говорит Женя каждой своей картиной. Окружавшая его реальность безобразна, поэтому он творит новую, «Кроме неё всё до безобразия реально», а для этого достаточно понять, что время материально, «что-то тикает с обратной стороны предметов». Время социальное и физическое, уничтоженное художником, рождает феерию вечной жизни. Можно ли считать это новой религией новейшего завета? Может быть.

Александр ЛАШМАНКИН

1 комментарий

  1. Сергей Фоменко

    Картины, которые не могут оставить человека равнодушным. Вроде бы узнаваемая и вроде бы близкая, а на самом деле бесконечно далекая от нас реальность. Мир, из которого больно возвращаться в холод обыденных улиц. А в центре всего этого — автопортрет самого Евгения Казнина, хрупкого гения, незаслуженно рано покинувшего эту жизнь. И вместе с тем оставшегося в своем чудесном безвременье, как верно заметил автор рецензии. Как важен этот опыт соприкосновения с иным, и как важно попытаться найти в сердце частичку этой неизвестной родины. Вынести ее с выставки в унылую безликость за дверью выхода, в которой нам — обыкновенным посетителям — еще предстоит жить дальше.

Оставить комментарий

Можно использовать следующие HTML тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>